Красные казармы












С монастырем в Березе связаны и некото­рые исторические события. Во время Север­ной войны (1700—1721 гг.) здесь состоялась встреча Петра I с польским королем Августом II. К этому времени к берегам Ясельды по­дошли шведские войска. Переправу через не­широкую, но полноводную реку охранял русский отряд из 1500 драгун. Имея численное превосходство, шведы вынудили русских от­ступить. Русский царь и польский король успели покинуть монастырь. Шведам удалось захватить Березу. Войска Карла XII взяли за­ложниками 3 монахов, которые были осво­бождены только после выдачи выкупа в сум­ме 300 злотых.

После третьего раздела Речи Посполитой в 1795 г. Береза вместе с монастырем вошла в состав Российской империи. Монастырь пе­решел в управление Луцко-Брестского като­лического епископа (им в этот период был ксендз Адам Нарушевич). С 1798 г. Береза во­шла в состав виленского диоцеза. Проведен­ные в конце 18 — начале 19 в. проверки со­стояния дел в монастыре выявили грубые нарушения устава ордена, моральное разло­жение, воровство, финансовые злоупотребле­ния, интриги, пьянство среди монахов и ру­ководства. Сильно пострадал монастырь в пе­риод Отечественной войны 1812 г. Француз­ские войска, занимаясь грабежом, захватили и монастырское имущество, урон, нанесен­ный обители, составил 36 717 рублей.

Под предлогом участия некоторых монахов в восстании 1830—31 гг. царское правительст­во 28 августа 1831 г. закрыло Березовский монастырь. Монастырский костел был преоб­разован в приходский. Владения картезианцев перешли в руки государства. Конфиско­ванная правительством недвижимость карте­зианцев вместе с денежными суммами, от­данными в долг, была оценена в 8 847 777 руб. 23 коп. В 1832 г. монастырские здания были переданы в распоряжение военных властей. Однако к этому времени они пришли в вет­хость и в 1866 г. были разобраны и проданы как строительный материал. От былого мо­настырского комплекса сохранились только часть стены с одной из угловых башен, въезд­ные ворота и остатки колокольни.

В 1934 г. польские санационные власти избрали Березу-Картузскую местом размещения концентрационного лагеря для политзаключенных. Непосредственным поводом для создания концлагеря в Берёзе – Картузской стало удачное покушение 15 июня 1934 года на министра внутренних дел Братислава Бернацкого. Пилсудский был очень разозлён на национал – демократическую партию, так первое время считали, что это они устроили покушение.

Маршал Пилсудский даже пообещал: «…искореню привислинское семя из Привислинского края, и из Голицы, и из Познани». Но позднее было установлено, что террористический акт был организован организацией украинских националистов, которая была образована в 1929 году в Вене.

На третий день после покушения 17 июня 1934 года, был созван Совет Министров, который принял решение о создании «изоляционного лагеря», названного позднее «лагерем обособления», в котором должны быть помещены лица, угрожающие безопасности и общественному порядку.

Декрет президента РП Мостицкого и Совета Министра явился антиконституционным актом и находился в явном противоречии с мартовской конституцией 1921 года, с её 95 статьёй, гарантирующей «полную охрану свободы всем» и 98 статьёй «запрещающие наказания, связанные с физической расправой». На основании декрета административные органы имели полномочия без суда и следствия, сажать в концлагерь «лиц, деятельность или поступки которых дают основания усматривать угрозу», режиму «санаций». Изолированный в лагерь лишался права на апелляцию, он полностью находился в зависимости от самоуправства лагерной администрации. Он был лишён тех элементарных прав, какими пользовались заключённые тюрем.

Формально срок заключения устанавливался в три месяца, но администрация лагеря и судьи часто продлевали этот срок на следующие три месяца. Обычно осужденные попадали на каторгу по приговору, зная, когда наступит конец срока, а изолированные в Берёзе неизвестно по чьему решению, как правило тайно, никогда не знали завершения срока своей изоляции. Премьер-министр Польши Козловский в 1934 году заявил, что лица, которых не исправит одноразовый трёхмесячный срок, могут быть задержаны в лагере на длительный период.

Лагерь расположился на западной окраине Берёзы, у шоссе Брест – Барановичи, в «Красных казармах». История создания казарм такова – в середине ХVII века в километре от того места, где в будущем будет находиться лагерь, были возведены постройки монашеского монастыря картезианцев. Комплекс включал каменное здание костела, библиотеку, однотипные группы жилых корпусов, хозяйственные постройки. Монастырь не раз подвергался нападению и разрушению во время войн. Сильно пострадал во время Отечественной войны 1812 года. Под предлогом участия монахов в восстании 1830 – 1831 годов царское правительство 28 августа 1931 года закрыло монастырь, а здания, пришедшие к этому состоянию в ветхость, были переданы в распоряжение военных властей. В 1866 году в Берёзу прибыл на постоянное расквартирование 151 Пятигорский пехотный полк. Чтобы выстроить для солдат казармы, приказано было разобрать костёл на территории картезианского монастыря. Это одновременно послужило наказанием за то, что монахи поддерживали восставших, предоставляя им у себя приют. В своё время костёл был сооружён  из хорошего красного кирпича, и казармы с тех пор получили название «красных». Данное название сохранилось и до нашего времени.

В 1934 году Красные казармы стали известными  во многих странах благодаря размещённому здесь концлагерю. Он состоял из трёх основных зданий, одно из которых осталось за внешним забором. В нём размещались комендант лагеря, его помощники и их семьи. Во втором здании было караульное помещение, полицейские казармы, пекарня, склады с продовольствием, оружием и боеприпасами. В третьем здании содержались заключённые. Первый этаж был приспособлен под кухню и столовую. На втором и третьем этажах, разделённых по всей их длине коридором, находились камеры. Кроме этих помещений на территории лагеря находились склады, баня, помещение для хранения горюче – смазочных материалов, карцер – это восемь сырых каменных мешков в погребе среди поля, куда не пробивался и лучик света, с цементным полом и каменными стенами.

Лагерь был ограждён высоким дощатым забором, а поверх забора была протянута колючая проволока. На каждом углу ограждения имелись сторожевые вышки с гнёздами для пулемётов. На них круглосуточно дежурили полицейские. С наружной стороны лагерь охранялся патрулем, не имеющего точного графика движения. Здание, в котором содержались заключённые, имело дополнительную ограду из колючей проволоки. Кроме того, лагерный двор, с помощью проволочных заграждений был разбит на отдельные секции. Ворота лагеря никогда не открывались.

По распоряжению полесского воеводы Вацлава Костек – Бернацкого от 2 июля 1934 года запрещалось: находиться вблизи лагеря, то есть пересекать линию, обозначенную проволочной изгородью, перед забором концентрационного лагеря; фотографировать лагерь и содержащихся в нём лиц; контактировать в какой-либо форме с заключёнными. Нарушители облагались штрафом до 500 злотых или арестом до 14 дней, либо обоим этим наказаниям. 12 июля 1934 года полесский воевода ужесточил наказание за контакт и помощь заключённым. Виновные могли быть заключены в сам концлагерь, как лица, представляющие угрозу для общественной безопасности и порядка. Такая учесть, например, постигла доктора Зелинского и его сына, которые в июле 1934 года сфотографировали из вне помещения концлагеря. Въезд в само местечко без специального разрешения был запрещён. Разрешение на въезд давало только министерство внутренних дел в Варшаве. Полиция, осадчики и различные агенты вели наблюдения за дорогами, чтобы не появился случайный прохожий. Местные жители обязывались сообщить в ближайший участок полиции о прибытии посторонних лиц, у каждого прохожего проверяли документы.

Первым комендантом концлагеря был Болеслав Греффнер.  Лагерную практику Греффнер характеризовал: «Из Берёзы можно выйти на собственные похороны или в дом умалишённых».

После Греффнера в декабре 1934 года комендантом лагеря был назначен бывший офицер Белой армии Юзеф Камаля – Курганский.

Специальную подготовку и отбор проходили и рядовые полицейские лагеря. Служили в лагере полицейские от 25 до 35 лет, не имеющие семьи. С момента организации концлагеря контингент полицейских составлял около 60 человек. В конце 1937 года в связи с увеличением числа заключённых их количество возросло до 162. В апреле 1939 года насчитывалось только рядового состава 126 человек. Но комендант лагеря постоянно высылал в Полесское воеводство доклады с просьбами увеличить количество полицейских до полного состава пехотной роты, то есть до 141 рядового. В дальнейшем их количество превысило данную цифру.

Надзор за полицейским концентрационным лагерем в Берёзе – Картузской осуществлял полесский воевода Костек – Бернацкий, являвшийся на этой территории высшим представителем польского правительства. Он часто приезжал в лагерь и не только знакомился с общими условиями, существовавшие там, но и вникал в мелкие детали обращения с заключёнными и давал советы и распоряжения по ужесточению условий. Отношения, складывающиеся в Берёзе, были известны и центральным политическим органам. Об этом свидетельствует пребывание в лагере директора политического департамента министерства внутренних дел Ковецкого, который угрожал лицам, освободившимся из лагеря повторным заключением в том случае, если они будут рассказывать о том, что они пережили в Берёзе.

Согласно декрету концлагерь был создан для лиц, оппозиционно настроенных существовавшему режиму. На первых парах более половины заключённых составляли украинские националисты, члены национал – демократической партии и коммунисты. В концлагере Береза - Картузская оказались ОУН и организаторы покушения на Бернацкого Степан Бандера и Микола Лебедь. Но к концу 1935года сложились условия для заключения органичного договора между польским правительством и представителями украинского национально- демократического движения – политика нормализации. И к этому времени большинство украинских националистов и эсдеков были освобождены от концлагеря. И с этого концлагерь стал местом изоляции в подавляющем большинстве участников коммунистического движения. Так, например, в сопроводительной бумаге Барона Юзефа было записано: «Деятельность коммунистическая Барона Юзефа датируется от половины ноября 1936 года. В целях пересечения его коммунистической деятельности, единственным выходом будет помещение Барона Юзефа в изоляцию». Но заключению подвергались и представители других партий. Член партии  «Строництво людового»,  Трояновский был заключён в концлагерь за своё выступление на съезде партии в Тернополе с требованием ликвидации концлагеря в Берёзе - Картузской. Спустя шесть дней после своего помещения в лагерь, Трояновский скончался.

Всего через концлагерь в Березе - Картузской с 1934 года по далеко неполным данным, прошлого около 10 тысяч человек. В зависимости от политической ситуации в стране состав заключенных по их политической принадлежности изменялся. Не был однороден социальный и национальный состав заключённых по их политической принадлежности изменялся. Не был однороден социальный и национальный состав заключённых. Здесь содержались интеллигенция, крестьяне, рабочие; белорусы, поляки, украинцы, евреи, русские, литовцы. В 1936 - 1937 годах среди заключённых прибывших в Берёзу, появилась новая категория. Это били антифашистские литераторы: Мон Пастернак, Марк Раковский, Анжей  Валиц, Александр Гаврелюк.

В конце 30-х годов в связи с приближением войны, в лагерь стали поступать тысячи (заключенных) арестованных из разных мест Польши. Массовая отправка в  Берёзу – Картузскую проводилась на основании декрета президента Польши, об интернировании людей, которых режим «санаций» считал опасными. В концлагере Берёза - Картузская. Порядком ведутся работы по увеличению его «пропускной способности». В июне 1939 года государственно-политический отдел информировал министерство внутренних дел: «Работа в настоящее время идёт полным ходом, после её окончания в блоках для заключенных можно будет разместить и тысячу человек».

Весь период существования лагеря можно разделить на следующие этапы:

1. лето 1934- 1935 год.

 Период массовых арестов, изолирование политических деятелей различных политических сил.

2.   1935- 1936 года.

Сокращение количества арестов. Из лагеря были освобождены все эндеки и оуновцы.

3.   с весны 1936 до осени 1939 годов.

Новый этап арестов, связанных с массовыми антиправительственными выступлениями. Большую часть арестованных составляли коммунисты. В лагере они назывались «кветневцы» по месяцу ареста.

И так концентрационный лагерь в Берёзе – Картузской использовался для изоляции опасных и активных деятелей антиправительственного движения. Состав заключённых представлял весь спектр политических сил, особенно на первом этапе, угрожавших общественной безопасности польского государства. Польские власти с помощью изоляции стремились сложить стремление к борьбе, переменам, если они носили опасный характер для единства РП. Методы перевоспитания, использовавшиеся в концлагере, вызвали волну возмущения во многих странах. Лагерь стал ещё одним элементом,  дестабилизирующим государственную систему. Физические и моральные пытки закаляли заключённых, вынуждали к более активной борьбе на воле.